RU
EN
22.10.2024
Любовь Благодарёва: «Здравствуйте, я ваш новый невролог»
Не каждый стендапер органично вплетает в свои номера латынь. Так, как это делает она. Не каждый врач может лечить шутками, выступая у микрофона. Как это делает она. Невролог Клиник СамГМУ Любовь Благодарёва идет на нестандартные решения, чтобы развиваться в профессии, мечтает о новом опыте в науке и держит свою дверь открытой для неожиданных событий, которые, как показывает жизнь, обычно к лучшему.
— В основном с врачом знакомишься у него на приеме. А с вами можно легко встретиться на камеди-шоу и уже из вашего стендапа узнать, что вы — врач. Согласитесь, это характерно не для каждого врача?
— Да, это не самая стандартная история, но вообще врачи — очень увлеченные люди, тут я не сильно нарушаю статистику. Если серьезно, в стендап меня подтолкнула как раз медицина. Это из разряда историй про преодоление. Дело в том, что у меня был большой страх читать лекции. И даже сам страх я постепенно преодолела, но понимала, что это не то. Не было легкости, не получалось держать публику, ловить обратную связь и живо на нее реагировать. А я ведь знаю, как это бывает, когда человек умеет владеть аудиторией. В СамГМУ много таких примеров прекрасных лекторов. Мне тоже хотелось что-то поменять. И вот знакомая, которая решила запустить свой проект женского стендапа, предложила мне поучаствовать. И я подумала: а почему бы и нет?
— И как это было?
— Было страшно, мощный стресс. Конечно, была предварительная подготовка. Я узнала, что шутки пишутся по четким правилам, своим законам. И важно, чтобы шутка была искренняя, про тебя и твои проблемы, тогда она отзовется другим. Есть такая практика в психотерапии — довести проблему до абсурда, чтобы обнулить ее значение. Юмор в этом очень помогает.
— Какое место в ваших историях занимает медицина?
— Не основное. Поначалу шуток о работе было больше, но я поняла, что людям это не так близко, как шутки о тебе как о личности. Кроме того, про медицину шутить непросто, слишком большая опасность пересечь ту грань, за которой это становится неэтично.
— Вам стендап помог с лекциями и в работе с аудиторией?
— Да. Буквально после первого концерта почувствовала, что уже не так страшно. Конечно, это был хороший стресс: на концерте было страшно, расслабиться не удалось и своим выступлением я не осталась довольна. Но это был крутой опыт, отправной момент, который показал, куда двигаться дальше. Что касается лекции, буквально следующая после концерта уже прошла гладко. Я стала смотреть людям в глаза, интуитивно чувствовать, понятно им или нет, кажется, где-то даже пошутила. Мне понравилось. То есть со мной реально сработала эта тема: один страх вытеснил еще больший страх. Теперь я не переживаю на лекциях, но, забавно, я по-прежнему боюсь стендапов.
— А теперь расскажите, как в свое время пришли в медицину? Это тоже было из разряда «почему бы и нет»?
— Отчасти. Сначала думала, что буду массажистом. Близкие внушили, что у меня есть способности: делала массаж маме и папе, которые имели проблемы со спиной. В школе хорошо шла химия и биология, и вообще были неплохие оценки, поэтому все же решила попробовать поступить не в колледж, а в вуз. Так стала студенткой Амурской государственной медицинской академии. Мне нравилось учиться, была старостой группы. Сначала хотела стать онкологом, ходила в тематический кружок, но все же решила пойти в неврологию. Из-за близости с Китаем у нас были популярны рефлексотерпия, иглоукалывание, мануальная терапия, я видела в этом большие перспективы.
— Как же вы оказались в Самаре?
— Сначала оказалась в Кинель-Черкассах, столице помидоров. Именно этот факт прочитала, набрав в поисковой строке «самое большое село в России». Так я выбирала, куда мне отправиться работать по программе «Земский доктор», которая помогала с жильем врачам, трудоустраивающимся в сельские медучреждения. Позвонила, оказалось, что место у них есть. Очень понравился главный врач, атмосфера, ремонт. Быстро собрала вещи и переехала. Сначала работала неврологом в терапевтическом отделении, а через полгода стала заведующей сосудистым центром. Мне было 24 года, это был стресс, но постепенно все встало на свои места. Мы взяли еще одного доктора, ЛФК-инструктора и логопеда -потрясающего специалиста, каких единицы, до сих пор иногда обращаюсь за консультацией по разным вопросам. Также у меня была должность районного невролога, которой был прикреплен сразу к нескольким районам. Мне все нравилось, но в какой-то момент решила переехать в Самару.
— Ехали на определенное место?
— Нет, наоборот, сразу получила много отказов от основных медицинских центров. В Клиники СамГМУ даже не пыталась обращаться, ведь я же не кандидат медицинских наук — такая была логика. Но вот однажды шла по Московскому шоссе в практически пляжной одежде (шортах, майке и сланцах) и почему-то решила зайти в главный корпус Клиник: просто посмотреть, раз меня все равно нигде не берут. До сих пор стыдно, что «нарисовалась» в таком виде. Захожу, читаю табличку на двери: заместитель главного врача Светлова Галина Николаевна. Только прочитала, подходит женщина с ключом от этой двери, и состоялся такой диалог:
— Вы кто?
— Я ваш будущий невролог.
— Заходите. Что умеете?
Рассказала, что могу. Галина Николаевна обозначила, что работа есть, но будет нелегко. В то время из-за болезни отошел от дел Вячеслав Томович Гашинский — потрясающий невролог, человек-легенда. Поэтому была нехватка специалистов нашего профиля. Меня направили к главному врачу, иду, сгорая со стыда из-за своего внешнего вида. Но все прошло отлично, и я получила работу.
В первое время было действительно очень сложно, потому что получила нагрузку невролога в нескольких корпусах стационара и поликлинике. И если теперь иногда думаю, что устала, то вспоминаю то время и пробегает холодок. Мне очень нравится моя работа, здесь стали все своими за эти шесть лет, которые прошли с того момента, как зашла «просто посмотреть» в маечке и шортах. Много раз убеждалась: что ни делается, все к лучшему.
— В какой области лежат ваши профессиональные амбиции?
— Хочу и дальше развиваться в своей профессии. Недавно получила второе высшее образование по специальности клинического психолога. Это очень помогает в работе.
— Помогает раскрыть пациента?
— Да, это важно уметь слышать человека и правильно интерпретировать то, что он говорит. Даже в каких-то отклонениях от сути обращения часто слышишь то, что помогает понять проблему, поставить диагноз и назначить лечение. И потом: не секрет, что к неврологу приходят пациенты не всегда исключительно неврологического профиля. Многие из них могли бы быть пациентами психотерпевта, психиатра. Поэтому дополнительные знания не бывают лишними.
— Чему вас учат пациенты?
— Как ни странно, тому же, чему учу их сама. Вот даешь человеку рекомендации ложиться вовремя, учитывать биологические часы, а потом и сама вспоминаешь, что не мешало бы лечь в нормальное время, а не в час ночи, как вчера. Если серьезно, учишься лучше понимать людей, быть терпимее, открытее.
— А как еще можно развиваться в профессии?
— Я мечтаю заняться наукой. Это очень интересно для меня. Прочитала о работе лаборатории 3D моделирования, Центре НТИ «Бионическая инженерия в медицине», которым руководит Лариса Теодоровна Волова, и поняла, что это очень мне интересно. Там происходят совершенно потрясающие вещи. Очень хотела бы быть к этому причастна и полезна.
— У вас на стене немало дипломов и наград. Что самое ценное?
— Сложно сказать, мне нравится участвовать в разных конкурсах, программах, проектах. Наверное отмечу один из последних дипломов — победителя всероссийского конкурса клинических случаев по теме «Применение биорегуляционных препаратов у пациентов с различными воспалительными заболеваниями», который проводила Ассоциация клинических фармакологов и фармацевтов.
Но если говорить о самой-самой ценной награде — это понимание того, что помогла человеку, как бы высокопарно это ни звучало. Именно за это в свое время я выбрала медицину, помогая родителям со спиной. И очень рада, что сегодня имею возможность помогать многим людям.
Последние новости
В операционных Клиник Самарского государственного медицинского университета Минздрава России (СамГМУ) строгий дресс-код: полная стерильность, привычные классические хирургические костюмы, маски, перчатки. За этими дверями происходят события, достойные фантастических фильмов о будущем, — только это не кино, а реальность, в которой технологии завтрашнего дня уже стали рабочим инструментом лучших врачей. Но стоит поднять взгляд выше — и строгая картина оживает красками: супергерои, космос, котики, сердечки, мультяшные персонажи — и это только те принты, что мы успели заметить на хирургических шапочках наших докторов.
Что скрывается за этим выбором — просто дань моде, способ самовыражения или что-то большее, — мы узнали у хирургов разных направлений Клиник СамГМУ.
Врач-хирург хирургического отделения № 2 КПХ Клиник СамГМУ Мария Сефединова является одним из негласных рекордсменов Клиник по количеству шапочек.
«В операционной всё подчинено строгим правилам. Здесь нет случайностей — только собранность, труд и ответственность. Работа хирурга требует полной сосредоточенности и серьёзности. Но даже в такой строгости остаётся место для характера, — рассказывает Мария. — Как любая девушка, я люблю менять образы. Рабочий костюм у нас всегда строгий, а шапочка — это возможность добавить что-то своё. Маленькая деталь, небольшой штрих, которые каждый раз создают новое настроение».
На вопрос, есть ли любимая шапочка, хирург признается, что счет им давно потерян. «Наверное, самая любимая ещё впереди. Хотя, если честно, они все для меня особенные. У каждой — своя история. Есть шапочки „на удачу“ — надеваю их перед особенно сложными операциями. А после успешного завершения они словно приобретают новый смысл. Становятся не просто частью формы, а маленьким символом победы, опыта и ещё одного прекрасного и тяжелого трудового дня», — делится она.
Заведующий хирургическим отделением № 1 КПХ Клиник СамГМУ Евгений Лопухов признается, что еще помнит те времена, когда цветные шапочки только набирали популярность: «Сегодня классические белые почти ушли из оборота, эта мода пришла к нам из педиатрии. Там цветные принты всегда использовали, чтобы расположить детей. Но со временем яркие чепчики стали популярны у врачей разных специальностей. Это помогает разбавить серые операционные будни и добавляет позитивных эмоций — и самим докторам, и пациентам».
В «коллекции» Евгения Лопухова уже несколько шапочек: от мультяшных героев до абстрактных узоров. «Какие-то покупал сам, некоторые дарили. Предпочитаю выбирать по настроению», — поделился доктор.
Для врача-хирурга хирургического отделения № 1 КПХ Клиник СамГМУ Васифа Алиева принцип выбора рабочего головного убора максимально прост: «Считаю, что цветные шапочки — это абсолютно нормально. Работа всегда останется работой, а так мы вносим разнообразие. Есть ли счастливый принт? Нет, просто по красоте. Чем красивее — тем лучше», — отмечает он.
Ординатор отделения детской травматологии и ортопедии Клиник СамГМУ Арслан Мустафин только начинает свой путь в профессии, но к выбору шапочки подходит с душой. «У меня несколько шапочек с мультяшными персонажами. Когда работаешь с детьми, это просто спасение: они приходят, испытывая страх, а видя знакомого героя, переключаются, начинают улыбаться, могут, например, обсудить мультики. Контакт налаживается за секунду, — делится Арслан. — Мне кажется, для детского хирурга это вообще обязательный аксессуар. И, честно говоря, глядя на старших коллег, тоже захотелось собирать свою коллекцию. Это как маленькая позитивная традиция».
Врач — кистевой хирург
принты — это способ разрядить обстановку. Пациенты и так напряжены,
а тут видят
Врач-уролог, врач-нейроуролог отделения урологии с трансплантацией почки Клиник СамГМУ Дмитрий Зотов также поддерживает традицию носить цветные шапочки: «В операционной должен быть позитив, чтобы разбавить эту стерильно-белую обстановку. Сам я предпочитаю абстракцию, геометрию и просто яркие цвета», — поделился он
Врач-уролог, врач-хирург отделения урологии с трансплантацией почки Клиник СамГМУ Евгений Боряев признается, что его шапочка — подарок: «Вообще дарить шапочки хирургам — это нормальная практика, думаю, это часть врачебного этикета. Сам бы я, наверное, не купил, а так приятно. Я больше люблю веселые шапочки — с рисунками, с юмором, чтобы и нам, и пациентам настроение поднимать», — рассказал Евгений.
Почему вообще хирурги носят цветное? У этого явления есть несколько объяснений. Самая главная причина, которую чаще всего приводят врачи — психологический комфорт пациентов. Многие люди испытывают так называемый «синдром белого халата» — подсознательный страх перед медициной, который может вызвать даже скачок давления. Яркая шапочка с забавным принтом работает как отвлекающий маневр.
Это особенно важно для детей. Врач в шапочке с мишками или машинками сразу перестает быть строгим «дядей в белом» и превращается в доброго помощника. Как отмечают педиатры, внимание ребенка переключается на шапочку, и он меньше нервничает.
Но работает это и со взрослыми. Врачи сходятся во мнении, что даже взрослые пациенты, увидев позитивную шапочку, улыбаются и расслабляются. «Они смотрят на тебя и уже улыбаются. И это точно на пользу», — делятся впечатлениями доктора.
Но есть и более объективная причина, не связанная с психологией. В операционной всегда работает слаженная команда, и цветные шапочки помогают быстро ориентироваться, кто есть кто. В некоторых отделениях разные специальности (хирурги, анестезиологи, медсестры) могут носить шапочки определенных цветов — это упрощает коммуникацию и позволяет членам команды быстрее сориентироваться, к кому обратиться.
При этом хирурги рассказали, почему могут экспериментировать только с шапочками, а сами костюмы должны быть в строгой сине-зеленой гамме. Оказывается, этому есть физиологическое объяснение. Так, во время длительных операций, когда хирург смотрит на ткани организма, а затем переводит взгляд на белый фон, перед глазами могут возникать так называемые «послеобразы» — зеленые «призраки», которые мешают концентрации. Синий и зеленый цвета нейтрализуют этот эффект, помогая глазам меньше уставать и сохранять остроту зрения. Именно поэтому классические операционные костюмы чаще всего имеют сине-зеленую гамму.
Резюмируя ответы врачей, можно отметить, что разноцветные шапочки — это не просто дань моде, а продуманный инструмент, который делает медицину добрее, безопаснее и человечнее. Это маленькая деталь, которая помогает врачу оставаться сосредоточенным, а пациенту — чувствовать себя спокойнее. Может ли шапочка с мультяшным героем ускорить выздоровление? Однозначно утвердительного ответа у врачей, конечно, нет, но все согласны: если пациент заходит в операционную с улыбкой — это уже большое подспорье для врача.
Источник: https://samsmu.ru/news/2026/20022/
С 17 по 23 февраля в России ежегодно проходит Неделя сохранения мужского здоровья. Как часто нужнопосещать врача, какие анализы сдавать, почему 21 век — век низкого тестостерона и на другие вопросы ответил заведующий отделением урологии с трансплантацией почки Клиник Самарского государственного медицинского университета (СамГМУ), врач-уролог
Евгений Канаев.
— Со скольки лет и как часто мужчинам нужно проходить профилактические осмотры у уролога?
— Если у мужчины в роду были наследственные онкопатологии, то с 40 лет. В других случаях обследования нужно проходить ежегодно с 45 лет. Даже если ничего не беспокоит, необходимо сдавать общий анализ крови и мочи, делать трансректальное УЗИ предстательной железы. Этого будет достаточно, чтобы понимать, есть ли какие-то патологии.
— Многие мужчины боятся идти к урологу потому что считают, что это больно и стыдно. Как на самом деле проходит стандартный прием у врача?
— Осмотр у уролога — это не больно и не стыдно. На приеме уролог должен провести визуальный осмотр наружных половых органов и пальцевое ректальное исследование предстательной железы. Стыдиться ни в коем случае не надо. Конечно, в современном мире есть и неинвазивные методы диагностики патологий. Например, если пациент боится трансректального УЗИ или пальцевого исследования, существует МРТ предстательной железы, которая на 99 процентов скажет о состоянии и анатомии простаты.
— Почему у мужчин бывает пониженный тестостерон и как на это влияет образ жизни?
— 21 век — это век низкого уровня тестостерона. Люди много работают в офисе, ведут малоподвижный образ жизни, после работы приходят домой и лежат на диване. Это приводит к ожирению и снижению уровня тестостерона, что влечет за собой снижение уровня сексуальной активности. Поэтому необходимы регулярные физические нагрузки, занятия спортом. Если по какой-то причине у мужчины низкая половая активность, то необходимо обратиться к специалисту, сдать анализы на уровень половых гормонов — возможно, необходима их коррекция. Конечно, важно и правильное питание. Систематический прием даже низких доз алкоголя ни к чему хорошему не приводит. Поэтому нужно отказаться от спиртных напитков, употреблять больше клетчатки и меньше жареных, жирных продуктов.
— Часто ли причина бесплодного брака кроется именно в мужском здоровье?
— Да, сейчас мы все чаще наблюдаем, что это проблема именно со стороны мужчины. Если в течение года у семейной пары не получается зачать ребенка, то ставится диагноз первичное бесплодие и пациент проходит ряд обследований. Врач смотрит гормональный фон, нарушение выброса эякулята, состав эякулята. И после этого решает, как корректировать проблему.
— Правда ли, что простатит — это удел пожилых?
— К сожалению, простатит сейчас молодеет. Потому что, опять же, люди мало двигаются, у них недостаточное кровоснабжение в органах малого таза, происходят застойные явления. Из-за этого условно-патогенные бактерии, которые есть в нашем организме, провоцируют развитие простатита.
— Нужно ли мужчине регулярно проверяться на инфекции, передающиеся половым путем, если есть постоянный партнер?
— Если есть один постоянный партнер, перед тем, как вступить в половую связь, обоим необходимо провериться на инфекции, передающиеся половым путем. Если инфекций нет, можно спокойно жить половой жизнью и не обследоваться ежегодно. Если же у мужчины произошла связь с новым партнером, прежде всего, необходимо использовать барьерные методы контрацепции, а также сдать анализы. Инфекции, передающиеся половым путем, приводят к хроническим воспалениям мочеполовой системы, бесплодию, проблемам с потенцией и повышают риски возникновения онкозаболеваний. Поэтому важно вовремя их обнаружить.
Источник: https://samsmu.ru/news/2026/19022/
В Клиниках Самарского государственного медицинского университета Минздрава России (СамГМУ) вернули возможность играть на фортепиано 15-летней девочке. С детства у Анастасии Суховой была разная длина безымянных пальцев, на фоне роста укорочение усиливалось и стало сказываться на освоении музыкального инструмента.
«Руки развивались нормально, но где-то в возрасте 5–6 лет я заметила, что безымянный палец на правой руке становится немного короче, чем на левой, — рассказывает мама девочки Елена Сухова. — Сначала я думала, что мне кажется и с возрастом все выровняется, но разница становилась все больше. Первая мысль сделать операцию пришла в голову когда Настя изъявила желание продолжать обучение после окончания музыкальной школы и поступить в музыкальное училище. Там программа уже более сложная и такая длина пальца может мешать».
Врачи поставили девушке диагноз «брахиметакарпия». Сложность случая была в том, что Насте нельзя было надолго отрываться от подготовки к экзаменам в музыкальное училище. Поэтому необходимо было подобрать оптимальный метод лечения, позволяющий начать раннюю реабилитацию.
Сначала врачи построили 3D-модель кисти и с помощью программного обеспечения рассчитали, на сколько нужно удлинить палец, чтобы он встал в общую анатомию кисти.
«Подход должен был быть более щепетильным, учитывая, что нужно было достичь коррекции так, чтобы ребенок в профессиональной сфере пользовался кистью, — говорит врач — травматолог-ортопед детского травматолого-ортопедического отделения Клиник СамГМУ Никита Лихолатов. — Мы смонтировали мини-аппарат внешней фиксации и пересекли укороченную пястную кость, после чего постепенно отдаляли костные фрагменты. Одно из преимуществ этой методики в том, что функционально кисть не страдает. Девочка присылала великолепные видео, как она учится и готовится к поступлению в аппарате внешней фиксации и он ей абсолютно не мешает. После того, как длина пальца была скорректирована, мы дождались образования новой кости. Фиксатор удалили в амбулаторном порядке, пациентка в этот же день ушла домой».
Сейчас Настя проходит реабилитацию и продолжает готовиться к экзаменам, чтобы исполнить свою мечту стать профессиональной пианисткой.
Источник: https://samsmu.ru/news/2026/1902/
Два представителя Самарского государственного медицинского университета Минздрава России (СамГМУ) снова вошли в пул экспертов Социоцентра, отобранных для проведения кросс-вузовской экспертизы программы «Приоритет-2030». Директор по управлению персоналом и корпоративному развитию СамГМУ Константин Янцен и директор Центра компетенций НТИ «Бионическая инженерия в медицине» Алексей Комягин продолжат оценивать стратегические проекты университетов — участников программы академического лидерства, анализировать их вклад в достижение национальных целей развития и предлагать рекомендации по повышению эффективности. Особое внимание в ходе экспертизы уделяется внедрению передовых образовательных технологий, развитию научно-исследовательской базы и коммерциализации инновационных разработок.
Всего по итогам 2025 года свой статус сохранили 130 специалистов первого отбора кросс-вузовской экспертизы. Но также экспертный пул будет пополнен новыми участниками. Социоцентр при поддержке Минобрнауки России проводит конкурсный донабор кандидатов. При этом оцениваются профессиональный опыт и мотивация претендентов, лидерские качества и навыки командной работы.
После завершения дополнительного набора и формирования экспертного пула в университетах — участниках основного трека программы «Приоритет-2030» пройдут кросс-вузовские сессии. Первая в истории программа кросс-вузовской экспертизы прошла прошлой осенью. В ней участвовали 113 вузов «Приоритета-2030», которые провели независимый анализ программ развития друг друга и обменялись лучшими практиками.
Кросс-вузовская экспертиза призвана стать важным инструментом выявления и распространения лучших практик профессиональной внешней оценки деятельности университетов.
Программа «Приоритет-2030» реализуется с 2021 года. С 2025 года она вошла в федеральный проект «Университеты для поколения лидеров» национального проекта «Молодежь и дети».
Источник: https://samsmu.ru/news/2026/13022/