RU
EN
16.07.2024
«Не человек находит профессию, а профессия – человека»: заведующий травматолого-ортопедическим отделением №2 рассказал о своей работе
Заведующий травматолого-ортопедическим отделением № 2 Клиник СамГМУ Дмитрий Кудашев уже 20 лет работает в родном вузе. СамГМУ он закончил в 2004 году, сначала по специальности «Лечебное дело», затем прошел ординатуру по профилю «Травматология и ортопедия». Дмитрий Сергеевич рассказал, почему выбрал эту профессию и какие моменты в его практике запомнились больше всего.
— Когда и почему Вы решили, что хотите стать травматологом-ортопедом?
— Думаю, что это произошло на 4 курсе, когда я впервые попал на студенческий кружок кафедры травматологии, ортопедии и экстремальной хирургии, где встретил Алексея Петровича Чернова и Игоря Ивановича Лосева, — людей, которые сыграли большую роль в формировании моего профессионального мировоззрения. Они стали моими научными руководителями и, скажу это абсолютно без пафоса и патетики, — наставниками в самом полном смысле этого слова. Особая академическая атмосфера на кафедре, интересные с точки зрения особенностей заболеваний пациенты, дружелюбное отношение и сочетание экстренной, быстрой и часто жесткой травматологии, и элегантной, степенной и интеллектуальной ортопедии — это покорило и повлияло на мой выбор окончательно.
— На чем Вы сейчас специализируетесь?
— В нашей специальности, как и в целом в хирургии, есть несколько разделов, каждый из которых представляет собой, по сути, отдельное направление. Поэтому необходимо понимать, что в настоящее время охватить всю оперативную ортопедию и быть, как это практиковалось в прошлом, своего рода «ортопедическим комбайном» просто невозможно. Это связано как с объемным и глубоким содержанием каждого направления, так и с тем, что изменения хирургических техник, имплантов, материалов, инструментов в каждом разделе ортопедии происходят настолько быстро, что погрузиться одновременно во все не получится физически. При этом нельзя забывать, что наша специальность — далеко не теоретическая, и необходимо все полученные знания еще и конвертировать в практическую работу в операционной.
Моя специализация — это первичное и ревизионное эндопротезирование коленного и тазобедренного суставов, реконструктивная хирургия деформаций конечностей, а также органосохраняющие хирургические технологии при деструктивно-дистрофических поражениях суставов.
— Как выглядит Ваш обычный рабочий день?
— На самом деле, мне сложно дать определение этому понятию — «обычный». Оно, на мой взгляд, более привычно для, например, офисного сотрудника, или рабочего какого-то предприятия. В нашей работе все несколько иначе. Безусловно, есть определенный распорядок рабочего дня, однако все дни недели имеют свои отличия. Более того, даже распланированный вчера рабочий день сегодня может претерпевать изменения, связанные с самыми различными факторами.
На работу я приезжаю обычно в 7.10–7.15 утра. В течение 15–20 минут просматриваю и анализирую свой рабочий календарь, еще раз оцениваю рентгеновские снимки, МРТ или КТ пациентов, которых планирую оперировать, и в 7.30 спускаюсь на первый этаж нашего корпуса, где начинаю проводить госпитализацию пациентов. В 8.00 поднимаюсь в отделение — в это время мы проводим нашу внутреннюю пятиминутку. После этого заканчиваю госпитализацию и в 8.45 иду в операционную. Ежедневно в нашем отделении выполняется 5–6 операций, поэтому работа в операционной идет, как правило, в три смены и все врачи отделения каждый будний день большую часть времени проводят именно в операционной.
Продолжение рабочего дня после окончания операций может быть различным: анализ и разбор с коллегами выполненных операций, планирование хирургических вмешательств на следующий день, совместное обсуждение тактики лечения сложных пациентов, дискуссии по научным статьям и патентам, которые мы пишем и оформляем, консилиумы, врачебный прием, организационные вопросы и многое другое.
В завершение рабочего дня совместно с лечащими врачами заходим к прооперированным в течение дня и наиболее сложным пациентам, осматриваем их и, при необходимости, обсуждаем и вносим коррективы в их лечебный процесс.
— Какие случаи за Вашу практику Вам запомнились больше всего?
— Наибольшее количество эмоций и моментов, остающихся в памяти хирурга, приносит работа в операционной. При этом особенно запоминаются те ситуации, в которых ты не просто ощущаешь, а остаешься один на один со своей ответственностью — остро и четко осознаваемой ответственностью за здоровье и качество дальнейшей жизни пациента, которые полностью находятся в твоих руках, именно здесь и сейчас. А дальше либо победа, либо поражение. Которые в этих случаях всегда глубоко личные, кто бы и что ни говорил про командную работу.
Для меня самыми запомнившимися являются именно такие клинические ситуации, которые, при этом, представляли собой вызов нашим возможностям.
Первый случай — пациентка с нестабильностью эндопротеза тазобедренного сустава и большим дефектом вертлужной впадины, которой мы впервые в Самарской области выполнили ревизионное эндопротезирование с установкой разработанного нами же индивидуального компонента. Прошло уже три года после операции и сейчас она живет полноценной жизнью, о чем с улыбкой рассказала буквально несколько недель назад на контрольном осмотре.
Следующий случай — пациент с травмой ныряльщика, тетрапарезом и гетеротопическими оссификатами области тазобедренного сустава, которые несколько лет не позволяли посадить пациента ни в кровати, ни в кресле-каталке, так как не допускали никаких движений в суставе. То есть, фактически пациент 24 часа в сутки проводил в горизонтальном положении. Большие размеры оссификатов, их нетипичное и сложное анатомическое расположение, а также тот факт, что от лечения пациента отказались практически все крупные специализированные центры, в которые он обращался, — все это и было тем самым вызовом, который мы приняли. Успешно проведенная операция дала возможность посадить пациента в кровати на следующий день после хирургического вмешательства. Хорошо помню его фразу: «Сегодня я впервые за несколько лет поел сидя».
Третий пациент — наш дебютный клинический случай борьбы с перипротезной инфекцией тазобедренного сустава. То, чем никто раньше не занимался в нашем регионе. Пациенту провели длительное двухэтапное оперативное лечение, с установкой на первом этапе артикулирующего спейсера и последующим ревизионным эндопротезированием с применением ревизионного эндопротеза. Сейчас это активный и вернувшийся к своему привычному образу жизни человек. К слову сказать, не так давно мы провели ему первичное эндопротезирование и другого тазобедренного сустава — все прошло успешно.
— Как вы считаете, какие главные качества для травматолога-ортопеда?
— Думаю, что нет каких-то специальных, особых или главных качеств, которые бы относились только к травматологу-ортопеду. Аналитический склад ума, ответственность, эмпатия, чувство эстетики (в ортопедии это особенно важно) и стремление к постоянному развитию — это то, что первое приходит на ум. Наверное, это и есть главное.
И еще. Есть очень хорошее выражение, которое, с моей точки зрения, отвечает на подобные вопросы: «Не человек находит профессию, а профессия — человека». Поэтому точно так же, как для хирурга важнейшим из качеств является умение чувствовать ткани (этому нас учил профессор Юрий Васильевич Ларцев), человеку, решившему посвятить себя травматологии и ортопедии, важно почувствовать, что это направление — его. И тогда все сложится.
— Что бы Вы могли пожелать студентам, которые планируют связать свою жизнь с травматологией и ортопедией?
— Набирайтесь терпения. Готовьтесь жертвовать многим — без этого ваша кривая обучаемости никогда не будет идти вверх. Постоянно инвестируйте в себя — время, средства, знания. Учитесь принимать критику. Анализируйте. Не ждите похвалы. Первая доверенная вам операция — она будет похвалой за ваш профессиональный рост. Будьте смелыми. И всегда оставайтесь благодарными по отношению к тем, кто будет вкладывать в вас свои знания, умения и время.
Последние новости
В Клиниках Самарского государственного медицинского университета (СамГМУ) Минздрава России выполнили сложную операцию 64-летнему пациенту с хроническим гнойным средним отитом, осложненным деструктивными изменениями. На фоне длительного воспалительного процесса у мужчины произошло разрушение височной кости, из-за чего в любой момент могли развиться жизнеугрожающие осложнения. Благодаря вовремя выполненному оперативному вмешательству удалось избежать дальнейшего прогрессирования заболевания и развития грозных осложнений.
Как рассказала врач-оториноларинголог оториноларингологического отделения Клиник СамГМУ Наталья Костакова, пациент обратился в Клиники СамГМУ с жалобами на постоянное гноетечение из уха, снижение слуха и постоянные приступы головокружения. Пациент с детства страдал хроническим гнойным средним отитом.
«К нам он обратился с жалобами на гноетечение из правого уха и приступы головокружения, — рассказала Наталья Костакова. — На основании обследований пациенту был поставлен диагноз правосторонний хронический гнойный средний отит, эпимезотимпанит с холестеатомой, с деструкцией крыши сосцевидного отростка и барабанной полости, деструкция стенки канала лицевого нерва. Кроме того, у пациента имелась фистула горизонтального полукружного канала — это дефект в стенке костного лабиринта, который как раз и являлся причиной головокружений. Также на фоне длительного хронического гнойного процесса образовалась холестеатома. Это неопухолевое образование в среднем ухе, которое разрушает окружающие костные ткани. Из-за этого в любой момент могли развиться такие грозные осложнения, как менингоэнцефалит, абсцесс мозга, парез и паралич лицевого нерва».
«На догоспитальном этапе пациенту выполнили КТ височных костей с большим количеством срезов, МРТ головного мозга и височных костей, — добавила заведующая оториноларингологическим отделением Клиник СамГМУ Олеся Набережнева. — Во время предоперационного планирования совместно с врачами-рентгенологами были отмечены опасные зоны деструкции и канал лицевого нерва».
Было принято решение выполнить объемное вмешательство — санирующую операцию с реконструкцией. В ходе операции врачи-оториноларингологи Наталья Костакова и Михаил Кочергин удалили холестеатому и выполнили пластическое закрытие имеющихся костных дефектов.
«Сложность этого вмешательства была в том, что могло возникнуть такое осложнение, как отоликворея — истечение спинномозговой жидкости, а также развитие нарушений работы лицевой мускулатуры, выпадение функций внутреннего уха, — говорит Наталья Костакова. — Операция была достаточно сложная за счет уже имеющихся участков костной деструкции. Нам удалось избежать осложнений и закрыть дефекты височной кости».
Операция шла 4,5 часа. Уже на следующий день пациент отметил улучшение состояния, спонтанные приступы головокружения прекратились, а на седьмой день его выписали.
«Если беспокоят выделения из ушей, снижение слуха и приступы головокружения, нужно как можно быстрее обратиться к оториноларингологу», — подчеркнула Наталья Костакова.
Источник: https://samsmu.ru/news/2026/0810/
